г. Санкт-Петербург, г. Пушкин,
ул. Пушкинская, д. 14

Жизнь в эпоху цифровых иллюзий

Цифровые технологии стойко вошли в нашу жизнь. В частности, смартфон и встроенная в него видеокамера, которая позволяет всегда, в любой момент зафиксировать любое событие. Это может быть техническое фото, селфи, фото пейзажа или момент переживания, полученный, скажем, на прогулке возле дома или едва знакомом месте при путешествии в другую страну. Ведь так хочется зафиксировать и оставить это в памяти.

Мы живём и становимся человеком в потоке переживаний. Его становление происходит из нашего собственного значимого опыта, который повторяется в определённые моменты в тех или иных случаях. Сам этот поток крайне сложен по структуре, поскольку в него вплетаются, или, точнее сказать, упаковываются целые миры вокруг нас, а также переплетаются и резонируют между собой. Он проходит путь становления — не сразу, а, как писал М. К. Мамардашвили, «речь идёт об особой игре или о взаимодействии между этими впечатлениями, которые резонируют между собой в том смысле, что их резонанс есть нечто, что до конца, до полноты выявляет смысл случившегося, смысл, упакованный в каком-то одном впечатлении. Например, – то впечатление, которое упаковалось в пирожном «мадлен», если оно же потом упаковано в пыхтении калорифера, если оно же потом есть в ощущении ногой неровности плит дворца Германтов. Так эта серия есть серия становления – наконец – смысла. Нечто стало, свершилось в бытии по своему истинному смыслу, чтобы ответить на вопрос, что было на самом деле, стало путём резонанса»1Мамардашвили М. К. Психологическая топология пути: М. Пруст «В поисках утраченного времени» : [лекции] / Мераб Мамардашвили. — Санкт-Петербург : Изд-во Рус. христиан. гуманитар. ин-та : Журн. «Нева», 1997. — 568 с..

Но наше полученное впечатление обесценивается фотосъёмкой. С точки зрения теории З. Фройда, современные технические возможности видеозвонков и общения с родителями посредством интернета, телефона, текстовых, фото- или видеосообщений создают иллюзию доступности и непрерывности общения: объект всегда иллюзорно и частично доступен, что сопровождается невозможностью прожить потерю объекта, так как он никогда и не был найден. А значит, развитие психики через горе их утраты не происходит2Чеботкевич П. А. Символизация в эпоху диджитал – меланхолия разбитых зеркал. Электронный ресурс https://psychoanalysis-journal.hse.ru/article/view/16686. Похожим образом работает и фотосъёмка в момент впечатления: нет необходимости в изменении его содержания, поскольку оно будет всегда иллюзорно и частично доступно. Попадая в момент впечатления, с нами не происходит никаких изменений, мы остаёмся такими же, как и были. Давайте вспомним, как давно мы просматривали фотографии с нашего последнего отпуска?

Не лучшим, а значительно худшим образом обстоят у нас дела с другими цифровыми технологиями — социальными сетями и мессенджерами. Нас покоряет лёгкость использования и доступность собеседника в любой момент. Даже если он занят, мы можем отослать ему сообщение. Но здесь, помимо всё той же иллюзорности общения, добавляется ещё одна, гораздо более серьёзная вещь. Из технологического инструмента обмена информацией мы делаем сами себя рабами этого инструмента.

Ведь, если подумать, кто заставляет нас немедленно бежать к своему телефону при получении сообщения? Кто обязывает нас по утрам читать ленту новостей? Кто управляет нашими желаниями ежедневно проделывать одни и те же действия со своими смартфонами? Взрослые и подростки проверяют свой телефон до 150 раз в день, или каждые шесть-семь минут бодрствования. 50% первым делом после сна проверяют телефон. 30% берут его с собой в ванную, а трое из десяти поглядывают на телефон, когда обедают с другими людьми3Углев С. Л. Подростки в цифровом мире. Электронный ресурс https://uglev.ru/blog/podrostki-v-tsifrovom-mire. Смартфон или иное цифровое устройство — уже не средство обмена информацией. Наоборот, отныне мы являемся его «приставкой», биологическим топливом, обеспечивающим работу мессенджеров и социальных сетей.

И об этом нас уже давно предупреждали. Сам человек становится обслуживающей технику “производственной силой”, “ресурсом”, рассматриваемым и рассматривающим самого себя в качестве таковых в третьем лице. К вопросу о том, как человек уходит от бытия самим собой, ещё давно писали М. Хайдеггер, М. Босс, А. Хольцхей-Кунц и другие.

Трансграничность — отсутствие для человека с камерой временных и пространственных ограничений, то есть отсутствие своих личных, индивидуальных чувств и осязания своих границ, вкупе с уходом от бытия с самим собой, рождают одиночество, бесчувствие, тревожность, уплощение речи, десексуализацию и потерю жизненных смыслов, что значительно усложняет работу психолога с человеком современного цифрового мира.

Напишите мне